13 МАРТА 2012
ВИДЕООБРАЩЕНИЕ К УЧАСТНИКАМ КОНГРЕССА GF2045

 

Андерс Сандберг, футуролог, трансгуманист, писатель: “Я, определенно, захотел бы перенести свой разум в искусственное тело, если бы для этого существовала достаточно безопасная технология”.

 


Я хотел бы поприветствовать участников Конгресса, поздравить их с тем, что у них есть возможность встретиться и обсудить самую удивительную, важную и ценную вещь, какая только существует на свете, – будущее, поскольку с помощью ваших дискуссий и ваших идей мы, конечно, сможем определить, каким оно будет, и формировать его. Мы предсказываем будущее не очень точно, поскольку человеческий мозг не очень хорошо приспособлен для долговременных прогнозов. Однако каждый день мы все же делаем прогнозы. Именно этим занимаются лобные доли нашего мозга, осуществляя простые прогнозы по поводу механики наших действий. Мы строим прогнозы по поводу нашей жизни, и мы можем выработать тенденцию к тому, чтобы делать прогнозы и строить планы на будущее, хотя это гораздо труднее. Однако все же есть на свете умные люди, способные совершенствовать и оттачивать наши методы. Мы можем работать вместе и совершенствоваться в выработке планов на будущее. Для этого необходимо предвидение будущего, возможность понять, что может пойти не так, а что может оказаться благотворным. Затем мы сумеем все это внедрить, используя те потрясающе широкие возможности узнавания, которые мы имеем благодаря языку и телекоммуникациям. В самом деле, на конференциях возникает своего рода коллективный разум, и поэтому я очень счастлив, что конгресс сейчас идет, и я действительно надеюсь увидеть, как он будет направлять наше будущее. 

 

Я считаю, что на протяжении этого столетия определенные области технологии становятся чрезвычайно важными для развития человечества. Один из таких важных аспектов – автоматизация, т.е. наша способность конструировать системы, машины и программное обеспечение, которые могут действовать отдельно и осуществлять разного рода умные процессы. В идеале мы должны эти процессы контролировать, что означает: людям нужны лучшие способы взаимодействия с ними, как через системы умных интерфейсов для пользователя, реализованные в виде различных устройств, так и напрямую. Это – важно, поскольку мы хотим, чтобы наша воля, идеи и ценности распространялись всему миру, и для этого мы используем технологии. По мере того, как технологии становятся все более сложными, нам самим нужно лучше понимать, чего мы хотим и как их внедрять. А это требует, чтобы технологии были умными, а наше взаимодействие с ними – более четким.

 

В долговременной перспективе мы, конечно, хотели бы как-то изменить свою телесную человеческую природу. Понятно, что с ней все обстоит не так уж плохо. Хорошо быть человеком и прекрасно чувствовать себя живым, но здоровье могло бы быть крепче, а жизнь – длиннее, и для достижения этих целей существуют разные способы. Правда, в конечном итоге средства расширения человеческих способностей, которыми располагают биотехнологии, ограничены возможностями биологии, но я и в самом деле считаю, что мы можем улучшить себя с помощью искусственных средств. На первых порах это могут быть имплантаты, а в долгосрочной перспективе – передача человеческого сознания машинам, что является технически возможным, и я на самом деле считаю, что это очень важные разработки, которые на протяжении столетия повлияют и на нашу экономику, и на наше общество, и на наше понимание мира в целом.

 

С моей точки зрения, одна из наиболее интересных областей (наверное, потому, что это давняя сфера моих исследований) – моделирование и имитация процессов человеческого мозга. В нейробиологии прямо сейчас идет конкуренция, и мы смогли построить модель, которая имитирует связи между нейронами, а также посылаемые ими импульсы. И теперь пытаемся настроить эту модель так, чтобы она соответствовала реальным биологическим данным: и тем, что описывают строение мозга, и тем, что описывают результаты его деятельности. То есть прямо сейчас у нас есть довольно хорошие модели памяти, и мы считаем, что у нас есть идеи для понимания того, как единицы памяти хранятся в мозге. Что касается работы мозга на более высоком уровне – уровне эмоций и сознания, то здесь мы понимаем гораздо меньше. Мы даже не знаем, какие эксперименты можно было бы провести, чтобы подвергнуть их тестированию. С памятью все очень просто, когда вы моделируете условия запоминания, а с ними – нет. Но исследователи все настойчивее изучают эти более сложные состояния сознания, и, я думаю, мы получим достаточно данных, чтобы снять ограничения, которые препятствуют их моделированию. Однако существует и другой способ имитации работы мозга, который заключается в том, чтобы попытаться правильно сложить воедино все эти отдельные маленькие компоненты, не пытаясь понять, почему они соединены именно так, а не иначе. Этот подход, который я называю «имитация деятельности всего мозга», заключается в том, чтобы взять мозг и тщательно его отсканировать, чтобы понять, что с чем связано, все химические соединения, все взаимодействия на более низком уровне, без всякого понимания того, что такое сознание и интеллект, а просто воспроизводя, моделируя определенные процессы. И тогда, согласно некоторым моим теориям, этого окажется вполне достаточно, чтобы действительно продуцировать реальное сознание, реальную память, реальный интеллект. Конечно, некоторые философы и ученые с этим не согласятся, но это предположение вполне поддается проверке, и при достаточном уровне технологий мы вполне сможем это сделать.

 

Чтобы осуществить полную имитацию деятельности всего мозга, нам понадобятся, в первую очередь, технологии сканирования, чтобы обнаружить и отсканировать в мозге каждый синапс. Такие технологии нам сегодня недоступны, хотя мы можем начать эту работу в очень скромном масштабе: уже сейчас существуют разные формы микроскопии, которые позволяют сканировать тонкие срезы мозговой ткани, и, вероятно, масштабы этой работы можно будет наращивать. Эта задача выглядит как вполне обычная инженерия, не слишком отличающаяся от той, что мы видим в биоинформатике. Возьмите, например, рост масштабов работы по сиквенированию генов, которая начиналась с очень маленьких последовательностей и выросла до сегодняшнего сравнительно дешевого сиквенирования геномов отдельных людей. Вторая часть – это понимание результатов сканирования, превращение автоматических отпечатков в воссоздание работающей сети нейронов, что является наиболее сложной частью исследовательской работы, но, повторюсь, мы наблюдаем значительный прогресс в компьютерной визуализации и вычислениях новой информатики. И наконец, нам понадобятся достаточные компьютерные мощности. Чтобы получить работающую модель человеческого мозга с заданной степенью разрешения и с объемом всех необходимых вычислений, потребуется сверхмощный суперкомпьютер. Прогресс здесь будет не таким быстрым, возможно, что в течение двадцати ближайших лет нам удастся этого достичь. В то же время, если ситуация сложится так, что все эти массивы биологических данных окажутся ненужными, если мы сможем упростить имитацию работы мозга, тогда, вероятно, нам будет достаточно компьютерных мощностей, существующих сегодня. А главная проблема, конечно – это сведение воедино огромных накопленных этим проектом достижений. Есть множество разных групп исследователей, которые должны общаться друг с другом, чтобы увидеть, что в своей работе они стремятся к одной и той же цели.

 

Я знаю, что Далай-Лама явно говорил о существовании возможности реинкарнации в компьютер, т.е. между восточными верованиями и идеей перенесения сознания в машины или наноструктуры нет никакого противоречия. Я не думаю, что с религиозной точки зрения это – проблема. Поскольку я сам твердо придерживаюсь эмпирических взглядов, я думаю, лучшее, что мы можем сделать, чтобы понять, прав ли дуализм, когда говорит о существовании особой материи души, отличной от обычной материи, – это, например, попробовать ее перенести. Если мы отсканируем материю мозга, а затем попытаемся перенести ее на компьютер, и абсолютно ничего не получится, это может служить интересным подтверждением тому, что существует нечто, что мы упустили. Если все прекрасно сработает, это будет означать, что либо мы проделали хорошую работу по переносу материи души, либо, может быть, материи души не существует. Я думаю, в ближайшее время, в течение несколько десятилетий, мы получим от экспериментальной нейробиологии и трансгуманизма интересные ответы на многие из этих древних вопросов.

 

Я, определенно, захотел бы перенести свой разум в искусственное тело, если бы для этого существовала достаточно безопасная технология. Для многих это могло бы стать проблемой, поскольку понимание некоторыми людьми того, кем они являются, связано с особым философским подходом. И в этом люди отличатся друг от друга. Я считаю себя эквивалентом всех видов бесконечных процессов, а это – очень абстрактное и немного необычное представление. Так что у меня нет проблем с идеей существования своих собственных копий, запасных копий и различных вариантов самого себя. Другие могут с этим не согласиться, но я действительно считаю, что выгоды от возможности жить вечно – огромны. Если я перенесу себя в цифровую форму, я смогу пользоваться телами, которые не являются биологическими или являются усиленными биологическими, и, кроме того, буду иметь запасные копии на всякий случай. Так что в будущем я надеюсь стать программным обеспечением.


Новости
07.06.2012
В Москве в рамках Конгресса Global Future 2045, который состоялся в феврале 2012 года, прошел круглый стол «Диалог конфессий».
21.02.2012
Конгресс “Глобальное будущее 2045” после трех дней пленарных заседаний завершился 20 февраля круглым столом, посвященным формированию…
20.02.2012
В дни проведения международного конгресса Global Future 2045 в Москве, Министерство обороны США и Агентство передовых оборонных…
20.02.2012
Александр Болонкин, астрофизик, старший научный сотрудник NASA, обратился к руководству и участникам международного конгресса «Глобальное…
19.02.2012
Манифест Барри Родрига на конгрессе GF2045: "Будущее – это измерение, к которому стремятся все формы жизни".