2 АПРЕЛЯ 2012
ВОЗМОЖНОСТЬ ПОСТРОЕНИЯ УТОПИИ

Данила Андреевич Медведев, футуролог, популяризатор науки, член коорд.совета Российского трансгуманистического движения в России

 

Я хочу к вам обратиться со своим докладом, не читать его с экрана, поэтому постараюсь посмотреть каждому из вас в глаза и до каждого из вас достучаться по поводу очень важной вещи. Эта вещь – построение светлого будущего, построение Утопии. В программе написаны тезисы моего выступления, и там написано, что при желании за десять лет можно выстроить общество, которое является справедливым и где каждый человек имеет все, что необходимо. Надо сказать, что после того, как я подготовил тезисы, поступила новая информация, и я должен вам сказать, что за десять лет нельзя выстроить такое общество. Поэтому я буду говорить не о том, как это сделать. А о том, как это можно было бы сделать, если бы можно было, и чего нам для этого не хватает.

 

Я не буду долго останавливаться на исторических примерах утопий, тем более что их почти нет на самом деле. Единственная утопия, которую всерьез попытались реализовать, – утопия коммунистическая, и определенный прогресс был, но надо сказать, что чаще всего утопии не строятся, потому что нет хороших утопистов. Как Высоцкий пел в своей песне, «настоящих буйных мало, вот и нету вожаков». Построить мир светлого будущего можно только с помощью тех людей, которые искренне верят в то, что они делают и которые готовы преодолеть те препятствия, которые выстраивает наше современное общество.

 

Сегодня, если говорить о том, как люди должны были бы жить, чтоб мы назвали этот мир Утопией, назвали его справедливым, счастливым, что для этого нужно, мы все знаем хорошо. Мы знаем, что должны уважаться базовые права человека, мы знаем, что каждый человек должен иметь то, что ему необходимо в материальном плане, т.е. крышу над головой, лекарства, вакцины, водопровод, и мы знаем, как отдельные вещи из этого списка достигаются. Мы знаем, для того чтобы был водопровод, нужно либо проложить трубы, либо современные технологии позволяют делать специальные бутылки с нанофильтрами внутри, которые позволяют за одно движение рукой – вот такое – очистить литр воды с помощью наномембраны от любых биологических патогенов, от вредных веществ, от всего, кроме радиации.

 

И мы имеем эти технологии, для того чтобы в принципе любую вещь для людей сделать. И есть люди, которые уже сейчас в материальном и в социальном плане живут в Утопии. Мы их все знаем, мы их видим постоянно по телевизору, видим их фотографии в журналах, поэтому построение Утопии для какого-то количества людей является задачей в принципе решаемой и уже решенной. Все, что им не хватает, – это какие-то дополнительные технологические вещи, например продление их жизни. Потому что даже такие люди, как Борис Николаевич Ельцин, папа римский Иоанн Павел II, владелец и директор компании «Эппл» Стив Джобс, – они все, естественно, умирают. И говоря о будущем, говоря о тех технологиях, о которых сегодня и в предыдущие дни уже говорили, самое главное, чего этим людям не хватает, – это бессмертие, новое тело, возможность перенести свое сознание в компьютер, – этого пока что нет.

 

Но возникает вопрос: а почему мы не можем дать все то, что имеет 1%, всем остальным? Если говорить про каждую отдельную вещь, например вакцины, одноразовые шприцы, чистую воду или чистый воздух, то в мире существуют некоммерческие организации, которые успешно такие проекты реализуют и успешно доносят до всех жителей мира преимущества этих технологий, преимущества каких-то решений.

 

Возьмите, к примеру, организацию «Красный Крест». Сто лет и даже больше она работает для того, чтобы донести медицину для каждого человека. Почему же тогда в России у нас нет возможности воспользоваться качественными медицинскими услугами? Почему мы не можем прийти в поликлинику или в больницу и получить качественное медицинское обслуживание? То же самое, почему мы не можем получить хорошее, здоровое питание, почему мы не можем получить хорошее образование.

 

Ответ на эти вопросы на самом деле очень простой. Все эти проблемы сложные – они сложные как в технологическом плане, так и в организационном. Понимаете, сложно делать реформу. В любой стране, где пытались, например, сделать реформу национальной экономики, образования, здравоохранения, вооруженных сил, были серьезные проблемы. И нам самим достаточно вспомнить последние двадцать лет, чтобы понять: даже когда люди начинают менять мир и менять министерства, правительства, корпорации с самыми лучшими намерениями, чаще всего становится, как сказал обессмерченный этой фразой Черномырдин, «хотели как лучше, получилось как всегда».

 

Дело в том, что... Что такое сложная системная проблема, чем она отличается от простых проблем? У простых проблем, как правило, есть несколько параметров, которые нужно оптимизировать, и есть готовые решения. Например, если вы хотите построить здание, это простая проблема. Она легко решается: если у вас есть достаточные деньги, вы просто вызываете строительную компанию и она строит вам нужный дом. И, кстати, даже если вы хотите построить много домов или много объектов, как для Олимпиады, это простая проблема, она решается.

 

Но вот решить сложную проблему – например, избавить правоохранительную систему от коррупции или обеспечить качественное здравоохранение для всех, в том числе и для самых бедных людей, которые не могут позволить себе прийти к врачу, – вот это задача сложная. И когда мы говорим о том, что хотелось бы сделать мир лучше и можем ли мы в ближайшие десять, или двадцать, или пятьдесят лет создать Утопию, т.е. мир, где эти проблемы будут решены, то мы говорим о сложных системах, где как только вы пытаетесь что-то сделать, становится хуже.

 

Например, в Соединенных Штатах очень много лет уже пытаются создать хорошую систему здравоохранения. Начали это делать где-то 60–70 лет назад. Однако чем больше они это делали, тем хуже становилось. Становилось дороже, качество не всегда улучшалось, и до сих пор для американцев самый большой позор, самая большая неприятность – что на Кубе продолжительность жизни чуть-чуть выше, чем в Соединенных Штатах. На Кубе, которую они пытаются окружить с помощью эмбарго и не дать им развиваться. Потому что не все задачи решаются просто путем траты денег. Точно так же, например, если вы хотите похудеть и достичь оптимального веса, – эта проблема не решается путем покупки еды, таблеток, специальных курсов.

 

И если мы говорим о будущем, в котором мы хотели бы выстроить общество, в котором мы хотим жить и которое мы назовем счастливым, то мы должны избавиться от преступности, избавиться от коррупции во всех управляющих органах, обеспечить каждому человеку постоянное, в течение всей жизни качественное образование, обеспечить ему идеальное здравоохранение, которое в лучшем случае защитит его от всего, в том числе и от смерти, и все это должно работать для каждого человека.

 

Теперь о том, почему это сделать, скорее всего, не получится. Мы постоянно видим попытки отдельных людей решать отдельные проблемы. Некоторые эти попытки очень хорошо известны, широко освещаются. Есть знаменитости, которые уделяют много времени так называемым гуманитарным проектам. То есть они едут в Африку, фотографируются с голодными детьми и призывают всех остальных тратить деньги на то, чтоб этих детей накормить. Однако до сих пор проблема голода не решена. До сих пор один миллиард человек страдает от голода. Из этого можно сделать несколько выводов. Часть из них неправильные.

 

Первый вывод – что эту проблему решить нельзя. Неверно. Второй вывод – что бесполезно пытаться накормить людей, нужно устроить им рыночную экономику, тогда они сами себя накормят. Тоже неверно. Есть еще вывод, что недостаточно денег. Очень часто приводят аргумент о том, что если бы Америка перестала тратить так много денег на вооружение и вместо этого направила бы деньги на гуманитарные проекты, то все проблемы были бы решены. Это в каком-то смысле, может быть, и верно, но возникает вопрос: как заставить страну, построенную на вооруженных силах, перестать их финансировать? Это как раз и является сложной задачей.

 

Теперь, какой главный вывод можно сделать из относительного неуспеха, скажем, по решению вот этой одной проблемы – проблемы голода в Африке. Дело в том, что те люди, которые пытаются это сделать, – они просто не знают как. Они не знают, как организовать решение такой большой проблемы.

 

Мое первое образование – в области менеджмента. Если можно, поднимите руки те из вас, кто имеет бизнес-образование или образование в области менеджмента. Экономическое, управленческое... Ну, хотя бы или то, или другое. Я вижу, что около десяти человек в любом случае в аудитории. Так вот, смысл вопроса заключается в том, что любые изменения, любые проекты, которые мы хотим реализовать, – они все требуют навыков, которые содержатся, в идеале, в хорошем управленческом образовании.

 

Я не буду здесь говорить о том, все ли, кто его получают, действительно обладают этими навыками в нужной степени, всегда ли у них все получается, но без подобных знаний, без подобных навыков сложный проект реализовать нельзя. Не может управлять, например, системой вооруженных сил человек, чьи достижения сводятся к торговле мебелью в магазине. Не может управлять экономикой человек, который до этого, не знаю, водил такси. Это невозможно.

 

И то же самое мы можем сказать по поводу руководителей многих министерств, многих стран, мы можем сказать и по поводу руководителей некоммерческих, негосударственных проектов, которые направлены на решение мировых проблем. Они просто не знают, как достичь изменений.

 

Здесь я приведу две проблемы, одна из которых успешно была решена, а одна из которых не была решена. И попробую на этом примере показать, какие проекты достигают успеха, какие нет. Две проблемы следующие.

Первая – это малярия. От нее умирает много людей, десятки миллионов в Африке. До сих пор болезнь не искоренена, несмотря на то что занимаются этим уже не одну сотню лет. Для тех из вас, кто не знает: возбудитель малярии распространяется через комаров, которые кусают людей и заражают их этой болезнью. И они от нее умирают в страшных муках.

 

От малярии есть очень простые средства предохранения. Например, сетка, которой нужно накрывать кровать перед сном. И тогда комарам некого есть, некого кусать, и они через какое-то время улетают или умирают. Или, к примеру, можно использовать осушение болот. Если осушить болота, то малярийным комарам негде жить, и они опять-таки улетают или умирают. И много других способов. И они все совершенно эффективны. Если вы действительно осушили в своей стране болота (в некоторых странах это происходит само по себе, например, в Канаде нет болот, где могли бы водиться малярийные комары, и там нет малярии)... Так вот, все эти методы работают, но почему-то проблема до сих пор не решена. И денег на нее потрачено очень много.

 

Вторая проблема – это проблема тоже инфекционная, но только это не микроскопический возбудитель, а это черви, которые очень сильно досаждают жителям африканских стран. Черви-паразиты, которые точно так же распространяются через воду. Человек пьет из зараженного источника, у него внутри образуется червяк, прогрызает путь наружу в течение месяца, человек очень сильно мучается и пораженные части опускает в воду колодца, для того чтобы ему было не так больно. Червяк, естественно, видит воду, выпускает яйца, и цикл повторяется снова.

 

Две проблемы, одинаково серьезные для людей, которые от них страдают, и одинаково серьезные для общества. И вот на примере этих двух проблем я хочу показать вам, от чего же зависит, превращаем мы наш мир во что-то более прекрасное или нет, решаем мы какую-то проблему или нет. Потому что все то, что можно сказать про эти две ситуации, можно сказать и про все остальные проблемы. Например, про наркоманию в школах, про детскую проституцию, про спутники, которые падают с орбиты, про то, что в городах нечем дышать, про то, что в магазинах нечего купить, про то, что женщинам нечего надеть. Это всё проблемы одного и того же порядка.

 

Теперь о том, что случилось с малярией и с червяками. Против малярии пытался бороться известный филантроп Билл Гейтс, также печально известный нам как создатель операционной системы Windows. Надо ли говорить о том, что любому человеку, имеющему дело с компьютерами, с самого начала было понятно, чем закончится попытка Билла Гейтса найти решение проблемы малярии. Естественно, закончится крахом и провалом.

 

И надо сказать, что все гуманитарные инициативы Билла Гейтса закончились так же, как и все его технологические инициативы. Он попытался реформировать систему образования в Америке. По всем количественным оценкам результатов его деятельности, стало только хуже. Он пытался решить проблему малярии – ну, он, конечно, профинансировал некоторое количество хороших проектов, но пока что весь этот проект, по оценке собственно руководства проекта, закончился неудачно. То есть никакого решения пока не нашли, результата пока нет.

 

Другие были инициативы. В какой-то момент он решил, что главное – это СО2, и нужно развивать энергетику, чтобы были альтернативные источники энергии, не выделяющие СО2. Я думаю, что его ждет тот же самый результат, потому что организация таких проектов важнее, чем просто желание помочь и сделать хорошо.

 

Что касается другого проекта – проекта с червяками, то вы будете удивлены, но примерно из 30 стран, в которых эти паразиты раньше существовали, обитали и убивали людей, сейчас осталось, по-моему, три или две. И в каждой из этих стран собственно количество зараженных – это единицы. И единственное, почему ООН до сих пор не объявило о том, что болезнь там побеждена, – потому что должно пройти какое-то время, по-моему, семь лет с момента последнего заражения, чтобы объявить, что болезнь уничтожена.

 

И почему же так произошло? Почему тем, кто занимался этим проектом, удалось избавиться от этих паразитов, несмотря на то что цикл размножения у него очень хороший: сначала заразить несчастного деревенского жителя, потом мучительной болью заставить его опустить руку в публичный источник чистой воды – и получаем еще большое количество зараженных. Здесь в нескольких словах я не смогу рассказать всю прелесть, всю красоту тех управленческих решений, тех методов социальной психологии, которые были использованы. Чтобы понять это, нужно реально изучать эти области – менеджмент, социальную психологию, управление изменениями, – чтобы понять и прочувствовать красоту того, как можно заставить систему измениться путем небольшого управленческого воздействия.

 

Во-первых, им удалось решить политическую проблему: как убедить местных лидеров: шаманов, вождей – в том, что белые люди не хотят всех истребить с помощью таких хитрых вещей, как фильтры для воды, какие-то специальные таблетки, – это реально очень большая проблема, потому что если белый человек приезжает в деревню, он думает, что он несет цивилизацию, а местные жители знают, что он пришел сюда неспроста, с каким-то подвохом. И, соответственно, использовались лидеры общественного мнения. А те организации, которые боролись с червяками, смогли добиться сначала доверия от уважаемых людей, найти их, вместе с ними участвовать в телепередачах.

 

Затем удалось выстроить социальные системы – убедить людей следовать определенным рекомендациям. В случае с малярией почти никогда не удается добиться, чтобы больше 90% людей использовали сети вокруг кроватей. А для того, чтобы стратегия сработала, нужно хотя бы 90%. В случае с червяками удалось добиться стопроцентного подчинения. То есть люди использовали всегда только фильтры, для того чтобы наливать воду. Они не подпускали зараженных людей к колодцу, т.е. всегда кто-то следил за ними и сообщал другим, если человек заболел. Потому что без выстраивания вот этой системы невозможно добиться результата.

 

Кроме того, нужно было решать проблему: если человек не может целый месяц работать, потому что из него ползет червяк и грызет его тело, нужно как-то этого человека кормить, нужно о нем заботиться, нужно носить ему воду, чтобы он сам к колодцу не подошел, не дай Бог. Для этого были выстроены соответствующие простые системы управления.

 

Всю эту информацию нужно донести было до каждого человека в Африке. Это значит, нужно было выстроить многоуровневую систему добровольцев, которые получали эту информацию, получали фильтры, нужно было эти дешевые фильтры где-то заказать, чтобы какие-то компании их сделали. Все это нужно было доставить до каждого человека и добиться, чтобы система работала. И это было сделано.

 

Так вот, если мы посмотрим на эти примеры и если мы на основе этого поймем, что позволяет сделать мир лучше, что позволяет его сделать хуже, то ответ здесь следующий: это управленческие методы и это выстраивание системы от самого верхнего уровня, где разрабатываются какие-то планы, как мы хотим выстроить этот мир, до самого нижнего, там, где добровольцы, участники этих проектов, члены некоммерческих организаций, члены общественных движений работают над тем, чтобы реализовать каждую отдельную составляющую. И если на верхнем уровне для нас не составляет никакого труда описать, что мы хотим, – чтобы в странах была демократия, чтобы из-под крана шла чистая вода, чтобы у каждого человека были продукты на столе, – это описать несложно. Это наши собственные мечты, и это предвыборные обещания любых политиков.

 

Но для того чтобы выстроить в рамках всей планеты подобную систему, которая разработает нужные технологии, донесет их до каждого человека, – вот для этого, к сожалению, у нас недостаточно сил. Именно поэтому я считаю, что в ближайшие десять лет такие проекты, как «Аватар», многие другие проекты, которые направлены на создание каких-то технологических прорывов, – они обречены на неудачу. И прогресс будет – несмотря на то, что, может быть, мой коллега Джон Смарт захочет сказать после меня, – прогресс будет медленным. И ни к какому 2030 году, как говорил первый выступающий Рэй Курцвейл, сингулярности не будет. Скорее всего, нас ждет достаточно медленный и достаточно мучительный процесс – прогресс, связанный прежде всего с тем, что мы, люди, недостаточно умны для того, чтобы добиться того, что мы хотим.

 

И я бы хотел донести до каждого из вас (до всех, кроме десяти, поднявших руку), самое важное, что вы можете сделать в своей жизни, – это прочитать учебник по менеджменту, это записаться на курсы по менеджменту и это научиться все-таки управлять своей жизнью, управлять проектами, которые вы делаете, прежде чем у нас появится хоть какой-то шанс управлять будущим человечества.

Спасибо.


Новости
07.06.2012
В Москве в рамках Конгресса Global Future 2045, который состоялся в феврале 2012 года, прошел круглый стол «Диалог конфессий».
21.02.2012
Конгресс “Глобальное будущее 2045” после трех дней пленарных заседаний завершился 20 февраля круглым столом, посвященным формированию…
20.02.2012
В дни проведения международного конгресса Global Future 2045 в Москве, Министерство обороны США и Агентство передовых оборонных…
20.02.2012
Александр Болонкин, астрофизик, старший научный сотрудник NASA, обратился к руководству и участникам международного конгресса «Глобальное…
19.02.2012
Манифест Барри Родрига на конгрессе GF2045: "Будущее – это измерение, к которому стремятся все формы жизни".